Ситуация на фронте: Украинцы бросают окопы и отступают, их техника горит

Ситуация на фронте: Украинцы бросают окопы и отступают, их техника горит

11.08.2017, Александр Гусар, Анастасия Самойлова
 
5 152 просмотров

Вооруженные мочи, Донбасс, НАТО, Сюжет дня, Украина

Ситуация на фронте: Украинцы кидают окопы и отступают, их техника горит

Один из наиболее популярных добровольцев, воюющих на Донбассе за народные республики, — сербский снайпер Деян Берич, какой приехал защищать ДНР еще в самом начале войны. На днях боец получил ранение в ногу. Пользуясь вырванной передышкой от службы, сербский доброволец пообщался с корреспондентом «ПолитНавигатора» и рассказал о ситуации на фронте, а также о массовой резне сербов в Хорватии, где 22 года была реализована операция «Буря» — как известно,политики в Киеве желают повторить подобный сценарий и на Донбассе, прикрывшись введением т.н. «вооруженной миротворческой миссии» из краёв НАТО.

П.Н.: Расскажи, пожалуйста, как ты получил ранение?

Деян Берич: Я трудился по всей территории ДНР, где есть проблемы со снайперами. Ребята позвали меня в Зайцево. Когда завязался бой, меня зацепило. Там несколько раз открывали огонь в разные сторонки. Наверное, из пулемёта какого-то, семёрки или пятёрки, по ранению сложно произнести, что это было. Просто бой был достаточно близкий, там расстояние между нами и украинцами возле 50-100 метров. Наши ребята не дают им высунуться из окопов ни на секунду.

П.Н.:Это твоё первое ранение?

— Не помню, какое.

П.Н.: Деки, а можешь обрисовать общую ситуацию на фронте сейчас? Правда ли, что наши стесняют укров?

— Ну, по Минским соглашениям мы не воюем. Мы забираем их позиции, они, наверное, просто трусят и покидают их, их техника зажигается – наверное, они попросту не умеют ею пользоваться, и она самовоспламеняется, или что-то такое, мы вообще тут ни при чём. Они попросту уходят со своих позиций, а мы их занимаем. Мы уважаем Минские договоренности.

П.Н.: Деки, а какие параллели и отличия между войной в Донбассе и той, что была в Сербии?

— Ну, у нас была натуральная война. Здесь её нет. У нас всё государство, вся республика Сербия жила в этой брани, а здесь – только люди, которые сидят в окопах и какие неравнодушны к этому. Здесь есть очень много людей, какие не считают, что здесь идёт война… Я скоро опубликую одинешенек ролик в «

П.Н.: На днях в Хорватии отмечали очередную годовщину операции «Ураган» против Сербской Краины.

— Это —  большое военное правонарушение. Операцию делали с помощью НАТО, потому как американские и натовские аэропланы бомбили наши позиции. Одновременно работала и информационная пропаганда. Они в военном плане не выиграли. Бой был, довольно жёсткий, но больше «ударило» предательство Слободана Милошевича. Многие глядели на него как на героя, но он – самый большой предатель, который был в нашей нынешней истории. Он сдал и Косово, и Сербскую Краину, он просто увёл оттуда нашу армию, бойцам с авангардный было сказано уходить на вторую линию обороны. Когда они туда перебеги, их выгнали на третью. Без боя их просто отправляли подальше с линии на черту. Хорваты эту территорию заняли почти без боя. Очень умно было сделано и весьма правильно с их точки зрения. Оставшиеся гражданские все были расстреляны. У меня кушать ролик, если хотите, можете посмотреть – там чётко всё видать, как граждан забирают из их домов и в упор расстреливают.

П.Н.: Можешь чуть подетальнее рассказать о роли НАТО в Югославской войне и роли иных международных организаций, таких как ООН и ОБСЕ?

— Я могу рассказать о НАТО, истина, не знаю, как это объяснить. Есть, скажем, одна большая «банка» – это Америка, а кушать маленькая – это НАТО, которая делает всё, что нужно Америке. Тогда их роль была вящая. Им было нужно уничтожить Югославию – одно коммунистическо-социалистическое страна, которое работало совершенно: у нас всё было бесплатно, всё было для народа, не было состоятельных и олигархов в таком количестве. Были фирмы, которые трудились для людей, строительство было для людей, суды… Просто капиталистам это всё надо было истребить. Потом надо было уничтожить Косово и базу «Бондстил» — янки хотели её купить, но не получилось, и уже потом в Косово началась брань. База «Бондстил» – это перекрёсток наркоторговли в Европе. Наркотики из Азии и Африки привозят на эту базу. Сквозь американскую базу это всё идёт в Европу – это факты, подтверждённые уже немало раз. Потом Уильям Вокер – представитель ООН, который, по документам, предоставленным нашими службами в интернациональный суд в Гааге, был главным представителем в торговле органами… Военных и обитателей Косово забирали на чёрную торговлю органами. Потом их увозили в самое основное место торговли – в Турцию и Саудовскую Аравию. Сейчас они тоже этим занимаются, но в меньших числах. Это заметила Россия, дело было поднято в ООН, потом передано Карле дель Понте, служителю Гаагского трибунала, какая подняла документы и написала об этом книгу. Потом все бумаги из трибунала каким-то манером пропали. Сейчас Америка через ООН проводит определённую «демократию».

А по предлогу красного креста и ОБСЕ – у нас был «КФОР» — это что-то образа ОБСЕ, но с вооружённой миссией ООН. Немецкие солдаты первый раз после Другой мировой войны убивали людей на границе с Германией – они целиком расстреляли гражданских в машине. Очень хорошо, что были люд, которые записали это всё на камеру. Много раз красный крест ловили на завозе оружия – у них кушать шпионы.

И мы видим, как ОБСЕ здесь, в Донбассе, работает – тугоухие, слепые, «не хочу ничего видеть и слышать»…

П.Н.: Деки, а как ты относишься к украинской инициативе по вводу «вооружённой миротворческой миссии» на Донбасс?

— Это крышка. С вооружённой миссией Донбасс потеряет всё.

П.Н.: Возможна ли реализация Хорватского сценария у нас? Готовы ли ВС Украины к этому технически и морально?

-Технически – готовы, но надо соображать одну вещь: операция «Буря» проводилась с помощью НАТО, а тут их самолёты не будут летать 100%. Если начнётся что-то подобное, тогда Россия должна будет вмешаться в это. НАТО это ведает. НАТО никогда не воюет с сильным противником, они бомбят тех, кто не может отозваться и дать достойный отпор. А у русских очень хорошая оборона против аэропланов, у них достаточно людей.

Для операции нужно качество, а не количество. У них качества нет: мы видим, что у них на авангардный постоянно что-то происходит. Да, там есть хорошие бойцы, особенно грузинский батальон весьма хорошо воюет. «Правый Сектор», батальон «Азов» весьма жёсткие, но они больше убивают мирных жителей, их расстреливают бойцы в самом бою при соприкосновении. Сами видели, сейчас, когда 20-го числа мы забежали к ним в окопы, там были самые жёсткие их бойцы…

Второе – сейчас у нас кушать армия, которая намного лучше той, что была в нашей республике в Сербской Краине. У нас бойцы тут обучаются уже три года. У нас больше танков, больше ГРАДов, вяще артиллерии – всего намного больше, чем было в республике Сербская Краина.

Касаемо бойцов – у нас в Сербии люд всегда были боевым народом, охраняли своё. Тут на Донбассе люди – шахтёры – самая трудная работа в вселенной. Пример один и тот же – если ты шахтёра сделаешь бойцом, ни одинешенек американский спецназ не сможет ничего сделать, потому как он воюет за денежки, а шахтёры защищают своё. Поэтому шансов у них нет…

Они получат тут не лишь достойный отпор…  Если не хотят сохранить своих бойцов, то пожалуйста, Иловайск или Дебальцево можно опять повторить.

П.Н.: Ты говорил, что операция «Буря» сопровождалась массовыми чистками среди народонаселения. Как ты думаешь, солдаты ВСУ готовы к этому? Мы не говорим о «Правом секторе».

-Я размышляю, что солдаты не готовы к этому. Когда война тут начиналась, мы отнимали танки у солдат ВСУ голыми руками. Люди не хотели воевать, они торговали нам всё. Мы и сейчас покупаем оружие у них. Они не хотят, они не готовы.

Когда была операция «Ураган», к нам не заходили обычные солдаты, это были наёмники и карательные батальоны. На их сторонке было очень много поляков и украинцев. Сейчас они воюют в «Азове». Карательные батальоны готовы на это. И они будут это мастерить здесь.

П.Н.: Что собираешься делать после выздоровления?

-Ну как…назад пойду, ребята ожидают. Сейчас обстановка такая, какая кушать. На мне как на собаке – всё быстро заживает. Скоро снова пойдём с укропчиками сообщать.

П.Н.: Спасибо тебе большое за интервью. Скорейшего выздоровления.

-Спасибо. Желаю сказать ещё одну вещь. Я сейчас здесь на лечении, так вот, вяще лекарства лечит отношение людей и забота. Отношение хирурга и медсестёр тут как у нас в Сербии говорят – «как мыло на рану», очень душевное.

Если вы отыщи ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Ключ: politnavigator.net