Академия наук не исключает создания комитета по науке и технологии

Академия наук не исключает создания комитета по науке и технологии

Руководство РАН рассказало о своих новоиспеченных членах и способах эффективной организации науки

Академия наук не исключает создания комитета по науке и технологии
фото: Геннадий Черкасов

Подводя итоги первых выборов в Академии за заключительные пять лет, президент РАН Владимир Фортов отметил, что доля молодых членов-корреспондентов и действительных членов РАН (академиков) возросла на 25 процентов. В итоге средний возраст академиков снизился на 13 лет (до 62-х лет), а года членов-корреспондентов — на 17 лет (он составляет теперь 53 года). Итого же Академия состоит сегодня из 2100 членов, включая 940 академиков и 1160 членов-корреспондентов.

Не секрет, что среди новоиспеченных членов Академии, особенно в медицинском отделении, оказалось немало детей академиков, примерно 2%. Отвечая на вопрос «МК», отчего так произошло, член президиума РАН Михаил Пальцев ответил, что для медицины характерно создание таких семейных династий. «В специальности врача есть элемент ремесла, — пояснил Перстов. — Вот это ремесло отец или мать и передают своим детям. Я повергну некоторые, самые известные примеры успешных династий в медицине. Первая династия Анохиных, какая берет начало от лауреата Ленинской премии Петра Кузьмича Анохина, ученика Павлова. Его дочь Ирина Анохина, академик, нарколог, и внук — весьма известные специалисты, члены РАН. Второй пример — Бехтеревы. Все помнят Наталью Бехтереву — основателя одного из крупнейших Институтов мозга в вселенной. Так вот ее сын — Станислав Медведев, который успешно продолжает дело своей маме, избран академиком в этом году».

И тем не менее, по словам ученых, в Академии к детям действительных членов касательство очень настороженное. Когда они появляются в списках кандидатов, их рассматривают с особым пристрастием — опасаются протекционизма. «Но уверяю вас, подавляющее число детей избрано не по блату, а по факту их реальных научных достижений», — поясняет Перстов.

Президент РАН Владимир Фортов вспомнил в этой связи про представителей иных областей науки, также ставших учеными вслед за своими родителями. Так, про директора Эрмитажа Михаила Пиотровского, а также про американского Нобелевского лауреата Роджера Корнберга — сопредседателя научно-технического рекомендации инновационного центра «Сколково», отец которого также, как и сын, является Нобелевским лауреатом и академиком.

Несмотря на приподнятое расположение академиков после успешно проведенных выборов нельзя не отметить тот факт, что в России кушать люди, которые считают РАН не эффективной организацией, которая «должна погибнуть, как Римская империя». В частности, не прошло и недели после выборов новых членов РАН, как эту тему возвысила одна из государственных радиостанций. Основной укор нашим ученым: низенький уровень публикационной активности в иностранных научных журналах.

В ответ на это Владимир Фортов произнёс следующее: «Академия наук это всего 14-17 процентов ученых от всеобщего числа российских исследователей (116,3 тыс. человек из 732,3. тыс — Авт.). Тем не немного члены Академии дают 60 процентов цитируемых публикаций от всей края. По эффективности затрат на один рубль мы входим в тройку топовых организаций вселенной. Многие наши ученые являются членами иностранных академий наук».

Между тем, лишь что избранный академик РАН, директор Института ядерной физики СО РАН Павел Логачев отметил, что наукометрические факторы вовсе не являются определяющими в деле дефиниции эффективности работы ученых. «Ситуация сильно зависит от конкретной районы науки, — пояснил ученый. — Буду сообщать про свой сектор — физики элементарных частиц. У нас есть несколько весьма различающихся направлений. Есть большие коллаборации (к примеру по труду на детекторе Большого адронного коллайдера), в которых работают немало двух тысяч человек. Каждая небольшая группа из 3-5 человек стряпает 3-4 статьи в год, а авторами их являются все две тысячи человек. В этом случае эти авторы порой даже не успевают читать свои статьи, которые сходят раз в полторы недели. Естественно, у таких людей, которые строчат о таких вещах, как открытие Бозона Хиггса и т. д., будет самый рослый индекс Хирша (наукометрический показатель, основанный на количестве публикаций и цитирований этих публикаций). Но это совсем не говорит о сути именно их конкретного вклада в работу. Этот лепта могут оценить только эксперты, которые непосредственно с ними трудятся, эксперты, коллеги по цеху. Реально научный работник экспериментальной районы может выдавать три, максимум четыре работы в год. Больше — не реально. Невозможно мастерить самостоятельную серьезную работу раз в две недели. Есть и другой фактор. Так, квантовая теория поля — одна из топовых областей теоретической физики. Как сообщают лучшие специалисты в этой области, которая требует весьма глубокого знания самой современной математики, примерно 80 процентов трудов, которые издаются в реферируемых (или рецензируемых) научных журналах, к сожалению не имеют взаимоотношения к делу, то есть заголовок статьи и содержание расходятся кардинально. В всеобщем уровень реферируемости оставляет желать лучшего. Поэтому мы не придаем первостепенного смыслы наукометрии. При выборе в Академию обычно спрашивают: а что этот человек сделал такого, чего до него не было, а после него показалось? Только это имеет значение».

В заключении Владимиру Фортову пришлось отозваться на несколько вопросов, касающихся организации науки, в частности, как ему работается с новоиспеченным министром образования. «Работать стало намного легче, — отозвался президент РАН. — В ближайшее время мы вместе пройдемся по всем нездоровым вопросам».

Один говорящий за себя факт: недавно сделалось известно, что с приходом Ольги Васильевой, в РАН собираются вернуть труд, связанную с рецензированием школьных и вузовских учебников.

Что же касается взаимодействия с ФАНО (Федеральным агентством научных организаций), оно по-прежнему оставляет желать лучшего. «Проблема по разграничению полномочий дальня от завершения, — сказал Фортов. — Сегодня мы решаем проблема, как сделать так, чтобы мы все работали по одному вектору. Надо отыскать вариант, при котором работа будет синхронной».

Последнее пора околонаучная общественность активно обсуждает идею создания Государственного комитета по науке и технологии (ГКНТ), какой был до перестройки. «Не думаю, что сейчас создание такой структуры пройдет безболезненно, но мы не исключаем такого варианта, — отозвался президент РАН.- В свое время Академия очень хорошо трудилась с ГКНТ, без противостояний, которые не идет на пользу никому».