Момент истины в Академии наук: выборы президента РАН начались напряженно

Момент истины в Академии наук: выборы президента РАН завязались напряженно

Выступление кандидата Панченко напомнило речь Брежнева

Впрочем, сможет ли? Первоначальный день общего собрания выделили кандидатам для представления программ. Наблюдая за реакцией зала, корреспондент «МК» смог прикинуть образцовый расклад сил перед сегодняшним голосованием.

Момент истины в Академии наук: выборы президента РАН начались напряженно
фото: Наталия Губернаторова

Усмешек в этот день в зале было немного — слишком немало поставлено на карту. Все одеты с иголочки. Обратила на себя внимание рассадка в зале: ученые как будто поделились на два лагеря. Слева — кандидаты Евгений Каблов и Геннадий Красников, в середине — врио президента РАН Валерий Козлов и глава ФАНО Михаил Котюков, справа — все прочие кандидаты (Нигматулин, Сергеев, Панченко). Был замечен среди присутствующих и директор Курчатовского института Михаил Ковальчук. «За своего поболеть пришел», — шептались в кулуарах.

Общеизвестно, что «своим» кандидатом для Ковальчука является председатель рекомендации РФФИ Владислав Панченко.

Еще накануне руководство РАН в лице врио президента Валерия Козлова разослало всем членам академии извещение о порядке проведения выборов. Порядок довольно жесткий: предусмотрено сокращенное обсуждение кандидатур — не немало чем четырьмя академиками. Это вызвало возмущение общего собрания — ведь проблем к кандидатам накопилось много. Общее недовольство выразил академик Владимир Захаров и потребовал дать вяще времени на обсуждение. Козлов пообещал при необходимости продлить его. Члены академии в составе 1381 человека согласились, и выступления кандидатов завязались.

Позиции Евгения Каблова и Геннадия Красникова оказались во многом похожими. В частности, оба выступили за изменение статуса академии, то есть усиление ее полномочий. «Беспорочно скажу, мне выступления их понравились, — прокомментировал эти заявления во пора перерыва Валерий Козлов. — Думаю, у всех кандидатов кушать хорошие шансы на победу, за исключением тех, кто ставит слишком нереальные планы — к образцу, предлагают вернуть все институты, которые перешли после 2013 года под управление ФАНО».

Кто собственно предлагал это, Козлов не конкретизировал.

«Почему вы считаете невозможным возвращение институтов назад в РАН? — поинтересовался корреспондент «МК». — Ведь смогли же их будет быстро вырвать из академии, передав ФАНО?»

Академик Козлов припомнил случай перевода академических институтов в наркомхозы в бытность президентом РАН академика Келдыша. Но после, когда этот опыт себя не оправдал, они были весьма быстро возвращены обратно в РАН. «Может, вернуть институты вышло бы и сейчас, но, думаю, это произошло бы не слишком быстро, все-таки многое изменилось в нашей системе за заключительные четыре года», — сказал Козлов.

Про суть этих изменений врио президента дипломатично умолчал. Впрочем, его и так все постигли.

Наиболее искренне, внятно и со знанием дела выступил директор института прикладной физики РАН Александр Сергеев. А выступление самого скандального кандидата на пост президента РАН Владислава Панченко потребовало заметный протест со стороны членов академии на общем собрании.

Отведенные ему для понятия программы 20 минут Панченко бесконечно читал по бумажке, чем весьма напомнил речи генсека Леонида Ильича Брежнева. Однако даже не манера выступления, с которым странным образом увязались призывы развивать цифровую экономику (видимо, это был отсыл к высказываниям Президента РФ, нередко употребляющего в последнее время это словосочетание), вызвал недовольство коллег. Так, Владимир Захаров припомнил Панченко, что тот очутился единственным академиком, поддержавшим в 2013 году губительную, по суждению большинства, реформу академии. А член-корреспондент РАН Аскольд Иванчик подчеркнул, что с тех пор, как Панченко занимает пост главу Российского фонда фундаментальных исследований, доля финансирования институтов в цельном снизилась на 40%, зато больше средств стало направляться на так именуемые ориентированные исследования, по поводу которых заранее известен итог (тут, видимо, имелась в виду их ангажированность со стороны некоторых олигархических групп).

Панченко пытался реагировать, но не чересчур убедительно. Так, на реплику о «предательстве академии» в 2013 году он произнёс, что действительно считает слияние трех разных академий в одну позитивным изменением, но четких аргументов не привел. А отвечая на вопрос о финансировании науки, он отделался фразой из разряда: все не так, как вы произнесли, на самом деле у нас все хорошо.

Самое интересное за день в «МК» — в одной вечерней рассылке: подпишитесь на наш канал в Telegram.