Правительство и спецслужбы «потеряли» часть российского ВВП

Правительство и спецслужбы «утеряли» часть российского ВВП

Навели тень на плетень

Правительство и спецслужбы
фото: pixabay.com

Что доля российской экономики находится в тени, далеко не новость. Любой россиянин, за спиной которого не один экономический кризис, ведает это по собственному опыту: что бы ни говорили представители Пенсионного фонда с экранов телевизоров, зарплата в конверте лучше, чем отсутствие зарплаты. Сейчас чиновники это не просто разглядели, но готовы именно на конвертах сосредоточиться. И, что уже плюс, не лишь за счет Генпрокуратуры и других правоохранителей.

Как считает первый зампред ЦБ Сергей Швецов, «самый большенный вызов, стоящий перед российской экономикой, — это развилка: сходить или не выходить из тени?» Витязь на распутье, как и битва того же витязя с башкой, — традиционная российская картина и даже забава. Но сейчас есть и конкретика.

В правительстве, забыв о спорах о «потенциале роста», резонно находят, что только массированный выход экономики из тени позволит разрешить поставленную президентом задачу обеспечения темпов экономического роста, опережающих среднемировые. Собственно обеление экономики — главная цель подготовленного налогового маневра: снижение фискальной нагрузки на фонд оплаты труда в облике сокращения социальных выплат, но при компенсирующем доходы бюджета росте ставки НДС.

Кушать те, кто теневую экономику называет «экономикой трусости». Но сам правительственный маневр — это признание того, что собственно фискальный нажим загоняет экономику в тень. Трусость не экономическая категория. Но если уж к ней прибегать, то трусость — это несогласие видеть очевидные реальные проблемы, а вовсе не стремление не сдаваться. Припомним «челноков» из начала 90-х, это были совсем не трусливые люди, каким все жившие в то время обязаны тем, что значительную часть спроса на ширпотреб покрывали собственно они.

Правительство своим маневром как раз и рассчитывает поддержать несдавшихся. Но и у маневра две сторонки. Светлая — сокращение конвертных зарплат. Темная — рост НДС принудит ряд компаний полностью уйти в тень.

Теневая экономика различная. Есть откровенно криминальная, к ней вплотную примыкает коррупционная (особые, чаще всего фамильные предприятия, адресно обслуживающие крупные компании, так, выигрывающие тендеры в рамках госзаказа), а есть экономика, предлагающая совсем легальные товары и услуги, частично или полностью оставаясь при этом затворённой, прежде всего для налоговых органов. Именно о ней и идет выговор.

Не платить налоги плохо. Но еще хуже создавать условия, когда их уплатить целиком просто невозможно, особенно для малого бизнеса и на фазе шаткого выхода из рецессии.

Резонно задаться вопросом: каков ее объем? Ответ, а буквальнее, ответы обескураживают. В том смысле, что их разнобой лишний раз убеждает: теневая экономика — это невидимая экономика.

Росстат призван ведать все. У него есть достаточно возможностей оценить и масштабы теневой экономики. Основной статистик страны Александр Суринов в марте 2017 года выдал такую оценку: в посредственном 10–14% ВВП. Это низший балл в том смысле, что международные оценки демонстрируют совсем другой размах тени.

Совсем недавно доклад о распространении теневой экономики в вселенной выпустил МВФ. По его данным, доля российской экономики, остающейся в тени, составляет 33,7%, причем МВФ констатирует, что с 2014 года тень над российским ВВП не рассеивается. В июне 2017 года собственный доклад на ту же тему выпустила международная Ассоциация дипломированных сертифицированных бухгалтеров (ACCA). В этом документе, охватывающем статистику 28 краёв, Россия по масштабам распространения теневой экономики оказалась с 39% ВВП на четвертом пункте. Хуже дела обстоят лишь у Украины, Нигерии и Азербайджана.

10–14% или 33–39% — две весьма большие разницы. Даже если Суринов говорил лишь о «неформальной экономике», оставляя криминал и коррупцию в стороне, а МВФ и АССА вводили в теневую экономику все ее составляющие, цифры все равно не бьются. Охота верить, что криминал и коррупция никак не могут охватывать четверть официального ВВП РФ, в противном случае наши доблестные полицейские и прокуроры попросту бездействуют.

Какие отсюда следуют выводы? Первый: размах теневой экономики — это зеркало механизма регулирования. Пока получается, что этот механизм избыточно подавляет фискальными и чистосердечно силовыми методами экономику.

Второй: у роста официального ВВП кушать значительные резервы, находящиеся в тени. Обеление экономики на самом деле может принести порядочный результат. Но предлагаемый налоговый маневр, порождая новую тень из-за роста ставки НДС, эту задачу если и разрешит, то в весьма ограниченных пределах.

Понятно, что сегодня не модно обращаться за экспериментом за океан. Но экономика США заметно прибавила в росте на одном слове Дональда Трампа, которое в конце концов было поддержано Конгрессом, снизить налоги на корпорации. Без какой-либо компенсации бюджетных утрат их должен возместить сам экономический рост. Этот пример достоин по крайней мере внимания.

Получайте куцую вечернюю рассылку лучшего в «МК» — подпишитесь на наш Telegram.