Развалив медицину, власть грозит врачам тюрьмой

Развалив медицину, власть грозит врачам тюрьмой

Ведомству Бастрыкина возложили окончательно запугать здравоохранение

Следственный комитет рапортует о многократном увеличении числа уголовных дел о врачебных ошибках — за пять лет их сделалось больше в шесть раз! Неужели дела в отечественной медицине действительно так плохи? Или просто следователи пытаются улучшить ведомственную отчетность?

Докторов посадят по «особым» статьям

Председатель Следственного комитета Александр Бастрыкин своим распоряжением создал в структуре ведомства специализированные отделы, которые будут заниматься расследованием ятрогенных преступлений (в том числе, врачебных промахов). Один из таких отделов появится в центральном аппарате ведомства и еще как минимум пять межрегиональных — в крупных городах: Санкт-Петербурге, Нательном Новгороде, Екатеринбурге, Новосибирске и Хабаровске.

Создание таких отделов — лишь один из шагов, которые давно предпринимает ведомство. Еще в октябре 2017 года Бастрыкин впервые заявил, что необходимо готовить следователей по особо важным делам «особенностям методики расследования ятрогенных преступлений».

Генерал объяснил это тем, что, мол, число подобных преступлений резко растет: Если в 2016 году дел, возбужденных по фактам врачебных ошибок, в России было 878, то в прошедшем — уже 1791. Растет и количество жалоб пациентов на некачественное оказание медпомощи в больницах: если в 2012 году их было возле 2100, то в прошлом — уже более шести тысяч.

В июле Бастрыкин предложил дополнить Уголовный кодекс России двумя новоиспеченными составами: «Ненадлежащее оказание медицинской помощи» (ст. 124.1 УК РФ) и «Сокрытие нарушения оказания медицинской помощи» (ст. 124.2 УК РФ). Поддержал это предложение президент Национальной медицинской палаты Леонид Рошаль: мол, сейчас не нужно будет судить врачей по уголовным статьям о причинении смерти или вреда здоровью по неосторожности, либо об оказании услуг, не отвечающих заявкам безопасности.

В сентябре Александр Бастрыкин сообщил о создании в Главном управлении криминалистики (ГУК) Следственного комитета России новоиспеченного подразделения — отдела судебно-медицинских исследований, который и будет проводить экспертизы по делам о врачебных ошибках.

— Поставлена задача организовать проведение собственными мочами — отделами судебно-медицинских исследований — сложных экспертиз, в том числе по медицинским документам, — заявил Бастрыкин.

Федяров: медики — угроза вящая, чем террористы?

— Наверное, я чего-то не знаю о коварных замыслах врачей, но тема эта важнее расследования дел о преступных сообществах, о государственных закупках, о коррупции в государственных органах. Видимо, значительнее расследования тотальной системы пыток во ФСИН и МВД. Надобности в особых отделах по расследованию таких преступлений СКР не видит. А вот медики — это да, угроза, — прокомментировал появление новоиспеченных подразделений в структуре Следственного комитета руководитель правозащитного движения «Русь сидящая» Алексей Федяров.

И появились они отнюдь неслучайно: за заключительнее время и пациентское, и медицинское сообщества напряженно следили за несколькими уголовными делами в отношении известных докторов.

В частности, 22 января была осуждена врач-гематолог из московской больницы № 52 Елена Мисюрина: ее винили в ошибке при проведении биопсии костного мозга пациенту, который после этого скончался уже в другой клинике. Это случилось еще в 2013 году, и с тех пор продолжалось расследование. В апреле Мосгорсуд отменил приговор Мисюриной.

16 ноября была отправлена в СИЗО врио основного врача одного из городских роддомов Калининграда 41-летняя Елена Белая: ее обвиняют в превышении должностных полномочий, повлекших кончина новорожденного, и подделке медицинской документации. По версии следствия, Белая приказала не давать недоношенному малышу очень дорогостоящее снадобье. Ситуация вызвала большой резонанс, и 22 ноября Белая была переведена из СИЗО под домашний арест.

Следственный комитет попросту «выпускает пар»

Так ли необходимо появление в Следственном комитете новых подразделений, «Свободная пресса» обсудила с членом Адвокатской палаты Москвы Владимиром Старинским, какой сам ранее работал в следственных органах.

«СП»: — Владимир Вячеславович, как вы считаете, насколько эффективной будет работа новоиспеченных подразделений, призванных расследовать врачебные ошибки?

— Никакой необходимости создавать отдельное подразделение, которое будет заниматься врачебными промахами, на мой взгляд, нет! При расследовании любых преступлений, когда возникает необходимость в использовании специальных знаний, назначается экспертиза. Это предусмотренная уголовно-процессуальным законодательством возможность следователей адресоваться к специалистам за проведением конкретных исследований.

По делам о так называемых врачебных ошибках всегда назначается судебно-медицинская экспертиза. Соответственно, следователям, какие расследуют подобные дела, специальные знания в медицине не нужны, значит, и нет необходимости в выделении подразделения, работающего по этому курсу.

Другими словами, дело о врачебной ошибке может расследовать любой следователь — для этого нужны не специальные познания, а всего лишь профессионализм и объективность, как и в любом другом расследовании.

Создание же отдельной структуры может усилить давление на докторов, что негативно в итоге скажется и на врачах, и на пациентах, так как медицинские работники будут строго следовать инструкции даже в тех случаях, когда объективно требуется от нее уклониться.

«СП»: — Ну и какими соображениями руководствовались в Следственном комитете, создавая подобное подразделение?

— Цель СКР — снизить уровень социальной напряженности, вызванной громкими делами о врачебных ошибках. И бороться с ними, конечно, надо, но есть ряд нюансов.

Во-первых, стоит различать уголовно-правовые деяния и те «промахи», которые обусловлены особенностями медицинской работы. Так, не всегда можно поставить правильный диагноз. И в таком случае надо выяснять, мог ли доктор на основании имеющихся сведений этот диагноз поставить.

Во-вторых, уголовное преследование — это точно не тот способ, которым надо биться с ошибками в медицине.

Стоит сделать упор на усовершенствование оборудования, обеспечение лекарственными препаратами и разработку конкретных руководств по поведению в тех или иных ситуациях. И потом уже можно будет судить о том, следовал ли им врач, и, если нет, то почему.

Развал здравоохранения в России продолжается, угодить на прием к врачу становится невозможным, пациентов бессовестно толкают в платную медицину, а когда они умирают, так и не получив поддержки, открывают охоту на врачей. Да и то, с абсолютно показушной целью, мол, вот как о вас заботимся. Видимо, ведомству Бастрыкина, действительно, стало не с чем биться. Но только вопрос, кто ответит за закрытые больниц, фельдшерско-акушерских пунктов, служб скорой помощи? За сокращение специалистов в поликлиниках и наплыв гастарбайтеров-врачей с незнакомой квалификацией? За сокращение времени лечения и койко-мест, за рост смертности и дороговизну лекарств. Кто ответит за все это? Врачи районных поликлиник?

Новинки здравоохранения: Диетологи назвали топ-8 продуктов, «сжигающих» жир на животе

По теме:

[embedded content]

[embedded content]