«Здравствуйте, рыцарь бедный!»

Опубликовано сб, 18/03/2017 — 05:49 пользователем NEWSmuz.com

Опера Мечислава Вайнберга «Идиот» — на сцене Большенного театра.

Свою последнюю оперу «Идиот» по роману Федора Достоевского Вайнберг закончил в 1986 году (либретто музыковеда Александра Медведева). Она разом привлекла внимание режиссера и педагога ГИТИСа Георгия Ансимова. Он же принес снимку рукописи в ГИТИС и предложил ее к постановке. По ней была сделана композиция, и режиссер Дмитрий Бертман в 19861987 учебном году поставил оперу со студентами актерско-режиссерского курса Г. Ансимова. 19 декабря 1991 года состоялась ее премьера в Московском Камерном музыкальном арене в режиссуре Бориса Покровского, правда в камерной версии.

В своем целом оригинальном виде «Идиот» Вайнберга был представлен только 9 мая 2013 года в оперном арене Мангейма. Дирижировал Томас Зандерлинг. Он же стал инициатором исполнения оперы в Мариинском арене. Сначала был задуман концертный вариант, который превратился в полноценный постановка, хотя и на сцене Концертного зала Мариинского театра, и сделался единственной сценической премьерой Фестиваля «Звезды белых ночей». Над постановкой трудились музыкальный руководитель Томас Зандерлинг, режиссер и сценограф Алексей Степанюк, художник по костюмам Татьяна Машкова, художник по свету Евгений Ганзбург.

Большенный театр ныне впервые обратился к творчеству Вайнберга, избрав из семи его опер «Идиота» в аранжировке Филиппа Адама. В постановочную группу взошли знакомые Большому театру по прежним работам мастера: польский дирижер Михал Клауза, выпустивший в Большенном театре премьеру оперы Доницетти «Дон Паскуале», сценограф Семен Пастырь и художник по костюмам Галина Соловьева, начавшие сотрудничество с ареной с балета Шостаковича «Болт». Своими были художник по свету Дамир Исмагилов, основной хормейстер Валерий Борисов, режиссер по пластике Игорь Качаев. Лишь режиссер Евгений Арье, хорошо знающий роман Достоевского «Идиот» и устанавливавший его на драматической сцене, оказался дебютантом, причем дважды: он впервые трудился в Большом театре и впервые ставил оперу.

«Здравствуйте, рыцарь бедный!»

Генеральша Епанчина — Евгения Сегенюк. Генерал Епанчин — Валерий Гильманов. Александра — Ольга Селиверстова. Аглая — Юлия Мазурова. Аделаида — Юлия Смирнова.

Поступок оперы Вайнберга начинается в вагоне поезда, в котором князь Лев Николаевич Мышкин ездит в Петербург из Швейцарии, где он долгое время лечился. В купе он знакомится с торговцем Парфеном Рогожиным, который только что получил наследство в два миллиона рублей от вдруг скончавшегося отца. Он рассказывает о местной красавице Настасье Филипповне Барашковой, содержанке господина Тоцкого, в какую без памяти влюбился. Рогожин с нетерпением ждет вечера, когда должна решиться ее дальнейшая судьбина. Он обещал привезти 100 тысяч рублей. Так, не зная никого в Петербурге, Мышкин разом оказывается вовлеченным в водоворот шумных событий.

«Здравствуйте, рыцарь бедный!»

Генерал Епанчин — Валерий Гильманов. Ганя Иволгин — Иван Максимейко. Князь Мышкин — Богдан Волков.

Приехав в Петербург, Лев Николаевич пускается в дом генерала Епанчина, чтобы познакомиться с единственными петербургскими родственниками. Там свои страстности, но тоже связанные с Настасьей Филипповной. Епанчин с другом Афанасием Ивановичем Тоцким обсуждают ее судьбину. Тоцкий намерен заплатить Гавриле Иволгину приличную сумму денежек за брак с падшей женщиной, а сам собирается жениться на дочери Епанчина раскрасавице Аглае. Ганя тоже мечтает жениться на Аглае, и ждет ее решения. Она отказывает ему, передав сквозь Князя фразу «В торги я не вступаю». В доме Епанчина состоялось и визуальное знакомство Князя с Настасьей Филипповной — Ганя демонстрирует ее портрет, который она ему подарила. Мышкин поражен ее красотой с печатью страданий. Настасья Филипповна устраивает у себя «День ангела», какой выливается в безобразный торг во главе с Рогожиным, принесшим ей 100 тысяч рублей. Князь заявляет, что готов на ней жениться. Она ни в чем не виновна, а наоборот очень много страдала. Настасье Филипповне представляется, что связь с нею может погубить князя, она покидает гостей и уезжает с Рогожиным.

«Здравствуйте, рыцарь бедный!»

Князь Мышкин — Богдан Волков. Настасья Филипповна — Екатерина Морозова.

Клубок страстностей разрастается. Ревность приводит Рогожина к решению зарезать Князя, но в итоге они побратались, обменявшись крестами. Аглая влюбилась в Князя, он отвечает ей взаимностью, полюбив девицу настоящей любовью, а не жалостью как Настасью Филипповну. Сложнейшие взаимоотношения Настасьи Филипповны с Аглаей, какая ни за что не хочет отдавать ей Князя, метания самого Мышкина между влюбленностью и жалостью, все возрастающая ревность Рогожина…

Режиссер оказался человеком музыкальным, а в постижении натуры оперы ему очень помог замечательный дирижер Михал Клауза, музыкант ювелирный и театральный, прекрасно знающий творчество Вайнберга. Дирижер открыл сложнейшую партитуру оперы во всем ее богатстве тем, переплетающихся между собой. Арье, трудившемуся в стихии музыкальной драматургии автора и под руководством дирижера, удалось раскрутить чудовищный клубок страстностей, создать полнокровные характеры персонажей и привести жизненные линии трех главных героев Мышкина, Рогожина и Настасьи Филипповны к их трагическому завершению.

Успешна сценография, которую представил Семен Пастух. Это особая организация сценического пространства, предусмотренная композитором и автором либретто. На сцене три площадки, на каких происходит действие, на каждой обособленно, а их мгновенные переходы обеспечиваются сценическим сферой. Иногда на заднике появляются кадры с действующими лицами, каких нет на сцене, но о них говорится. Так, когда Рогожин в купе рассказывает о Настасьи Филипповне, возникают кадры в ее доме. Порой сталкиваются видимые и невидимые действия. Во время первой встречи Мышкина с генералом Епанчиным в его доме из гостиной доходит пение. Это поет Аглая. Разговаривая с генералом, Князь восхищается ее голосом: «В этом голосе счастье и свет! Счастье и свет!». Вот тогда, очевидно, и полюбил князь Аглаю, лишь осознание этого пришло к нему позже, когда его спросили Епанчины, обожает ли он их дочь. Все эти кадры, мизансцены, а их немало, найденные художником и режиссером весьма органичны, театральны, и вместе с отличной работой художника по свету Дамира Исмагилова помогают в создании атмосферы романа Достоевского.

Было подготовлено два состава исполнителей. В первом, в основном взяты молодые солисты театра и выпускники Молодежной оперной программы. Они очутились ярче и интересней, ближе к Достоевскому и музыке Вайнберга, чем другой состав. Богдан Волков, молодой солист Большого арены, удивительно музыкальный и искренний певец и артист, обладающий негустым качеством — звучит музыка, и он сразу становится героем того постановки, который поет в данный вечер — Лыковым в «Царской нареченной», Моцартом в одноактной опере Римского-Корсакова «Моцарт и Сальери», Юродивым в «Борисе Годунове», Новеньким в «Билли Бадде» Бриттена, Каем в детской опере Баневича «История Кая и Герды»… Запоминается его трогательный князь Мышкин, скромно одетый с узелком в дланях, с открытым и проницательным взглядом, кожей чувствующим боль иного человека и готовым прийти ему на помощь. В красивом теноре певца масса красок, и прежде всего мягкость и обаятельность, рождающих доверие к нему опоясывающих людей. Такому взгляду и голосу не верить нельзя. Неспроста Настасья Филипповна, решая важнейший для себя вопрос, сходить ли ей замуж за Иволгина, обращается за советом к князю: «Да» или «Нет» и, услышав его скороспелое и умоляющее «Нет», тут же отказывает Гане. Станислав Мостовой из второго состава выполняет те же мизансцены, выговаривает тот же текст, но как-то безучастно и формально, без внутреннего горения. Голос его глуховатый, без нюансов, иногда певца плохо слышно. Может быть партия Мышкина Мостовому не по голосу?

«Здравствуйте, рыцарь бедный!»

Князь Мышкин — Богдан Волков. Рогожин — Петр Мигунов.

Два Рогожиных, различные и оба интересные. Петр Мигунов помягче и разнообразней в чувствах и расположениях своего персонажа. Он больше тянется к Мышкину, чувствуя его ум и образованность, ему охота быть похожим на него. Его Рогожин страстно любит Настасью Филипповну, глаз с нее не сводит. Ему охота поскорей увести свою Королеву от людей, от Мышкина, и навек стать единственным ее обладателем. Рогожин Николая Казанского немало буйный, не очень-то он тянется к Мышкину, дико ревнуя его к своей возлюбленной. Будь его воля, Рогожин непременно бы зарезал Мышкина, да не положено — Федор Михайлович по-другому видал своего героя.

Образ Настасьи Филипповны словно создан для Екатерины Морозовой. Сколько же в ней итого намешано: порочность и чистота, красота и страдание, взрывы веселья и целая опустошенность, смех и слезы, нежность и всплески негодования, влюбленность к Князю и желание убежать от него, чтобы не сломать его существование, ненависть к Рогожину и желание держать его при себе, как защиту от влюбленности к князю, гордость и самоуничижение. Все это на повышенных градусах, с мгновенной сменой эмоций и настроений. Вторая исполнительница Настасьи Филипповны Мария Лобанова весьма хорошо поет и играет, она искренна в своих противоречивых эмоциях. Но ее Настасья Филипповна «бытовая», в ней нет «достоевщины» и постоянных взрывов эмоций, какими переполнена душа Настасьи Филипповны в исполнении Екатерины Морозовой.

«Здравствуйте, рыцарь бедный!»

Аглая — Юлия Мазурова. Князь Мышкин — Богдан Волков.

Изумительно хороша Юлия Мазурова в роли Аглаи. Молода, прекрасна, по-детски насмешлива и шаловлива. Она тоже переполнена эмоциями, фантазиями, жаждами, — все это молодое, здоровое, естественное. Когда звучит в ее исполнении вокализ, представляется, что это поет ангел на небесах. Как трогательно и проникновенно читает Аглая пушкинские строки о неимущем рыцаре. Ее влюбленность в князя вызывает восхищение. Она смела и тверда, когда приходит к Настасье Филипповне, чтобы защитить их обоюдную влюбленность. Но… возлюбленный предает и Аглаю, и их любовь, выбрав жалость к судьбине Настасьи Филипповны. Вторая исполнительница Аглаи Виктория Каркачева прозаична и невесела.

Нельзя не сказать о баритоне Константине Шушакове, исполнителе партии Лебедева. Это виртуозная и буквальная работа певца. Лебедев не главный образ романа, а в опере он скорей собирательный, в какой вошли черты персонажей других романов Достоевского. Его герой вездесущ и многолик. Представляется, что этот пошляк и подлец может оказаться в одно и то же пора в нескольких местах. Лебедев постоянно вмешивается в чужие беседы, встревает в чужую жизнь, до которой ему нет никакого дела, комментирует сценические ситуации. Ненасытный до денег, он готов голыми руками выхватить пачку купюр из пылающего камин, в который Настасья Филипповна бросила, спев пошлую полечку под собственный сопровождение на рояле. Он сводня, относящий письма Настасьи Филипповны Аглае и устраивающий повстречаю Аглаи и Князя Мышкина в доме Настасьи Филипповны. Все это играется и поется Шушаковым легковесно, выразительно и даже с некоторой долей изящества.

Тема ножа, предельно значительная для романа «Идиот», стала замечательной находкой либреттиста и композитора, какая талантливо воплощена в спектакле режиссером и артистами Вадимом Бабичуком, Маратом Гали и Олесем Парицким. Впервые она является в пятой картине, сцене объяснения Рогожина и Мышкина после «Дня ангела» Настасьи Филипповны. Диалог их напряжен, его драматизм еще немало усиливается возникшими на улице голосами точильщиков: «Точить ножи, затачивать ножи!» Здесь же в квартире Рогожина появляется и сам нож, которым Рогожин желал зарезать своего соперника. И музыкальная тема ножа, и сам нож оказываются вестниками кончины.

Страшный финал, от которого становится не по себе. Князь подходит к дому Рогожина. Является точильщик «Точить ножи, точить ножи…». Голос его преследует Мышкина: «Нет, нет, то бред мой». То не бред, а бессердечная реальность. Мышкин и Рогожин сидят в темной комнате на полу у ног зарезанной Рогожиным Настасьи Филипповны тем самым ножом. Мышкин Рогожину: «Знобко мне. Очень зябко. Укрой». Сразу вспоминаются слова Князя: «Знобко… Очень…», произнесенные им в поезде при знакомстве с Рогожиным. Но тогда была чаяние обрести друзей и душевное спокойствие. Вот так закольцовывается жизнь князя Льва Николаевича Мышкина, психически безотносительно уничтоженного. Ему прямая дорога в сумасшедший дом. Да и Рогожин психически потерянный человек.

Елизавета ДЮКИНА

Фото: Дамир Юсупов/Большенный театр