Почему российская поп-музыка не выходит на мировой уровень?

Индустрия звукозаписи мощно изменилась за последние пару десятков лет. На смену записи живых музыкантов пришагала компьютерная грамотность, и в студиях стало куда больше компьютеров, чем микрофонов. Россия — компьютерная край. Тогда почему она не получила выигрыша при этой смене парадигмы шоу-биза, в отличие от Швеции?

Приступить надо с политики, чтобы побыстрей с ней закончить. Россия избрала на длинные годы (уже больше Брежнева) своим президентом Путина. Он никак не выглядит демократическим лидером, потому Россия не выглядит демократией, поэтому с ней никто не хочет владеть дел. Закончили.

Переходим к музыке. Типичный топ-трек из Биллборда сделан из компьютерных семплов, живого обработанного вокала и бэков, и нескольких живых (обыкновенно гитарных, струнных или барабанных) партий. Ничего сложного. Сложности кушать в технократических нюансах, но и они доступны любому продвинутому юзеру, коих в России миллионы. В любом программном семплере образа Battery конструируется перкуссия, в секвенсоре вроде Logic прописываются партии, а любой тембр любого семпла можно изменить движениями мышки. Что помешивает, казалось бы, делать песни звучания уровня Бейонсе или Леди Гага? В Швеции — ничего. В России — многое.

Подавайте глянем список самых прибыльных (деньги тут главное) гастролеров России. В России это стальной рынок, поэтому говорить можно только об оценках экспертов. Среди клубных тут Егор Крид, Юлианна Караулова, Пропаганда, Artik&Asti, Оксана Ковалевская, Пора и Стекло, Макс Корж, Каспийский груз, Акула и IOWA. Среди концертных — Киркоров, Лепс, Шнуров, Лазарев, Тимати, Билан, Басков и Точка. Ради Бога, скажите мне, кто из них делает треки уровня Бейонсе? Никто.

А кто мастерит адаптации для российского рынка? Все.

Налицо главная причина — студии заинтересованы мастерить саунд-адаптации, хотя для них нет технической проблемы сделать «как у Бейонсе». Вяще спрос, больше денег. Но почему? Ведь трек для всемирный аудитории даст больше баксов. Потому что нет спроса. Ну вот собственно так: нет реально ни одного человека, который придет на приличную студию и закажет трек во имя попадания в Биллборд-Топ-10. Ведаете, почему? Потому что никто уже в это не верит. Со времен «Тату» ни одинешенек русский трек не попадал в мировой топ, да и русские саунд-продюсеры в «ТопЗвуке» и Сергей Галоян (ныне существующий в Лондоне) или студия Владимира Осинского в Москве все-таки не сделались тренд-мейкерами для мировых звезд, в отличие от вездесущего шведа Макса Мартина. И это несмотря на то, что слава лондонского Abbey Road открыто закатилась.

Штука в том, что славу на своенравном поп-рынке надо всегда подтверждать. Если у тебя нет мировых хитов уже два года сряду — ты никому не нужен. А их реально нет. А нет, потому что нет заказов. А заказов нет, потому что все мы содержим в голове неудачные хистори с Лазаревым, Биланом и Валерией. А те непреходяще жаловались на отсутствие промо в Европе и США, да и на условного Путина тоже (да, это опять к абзацу про политику).

Сейчас в российском шоу-бизнесе эффективно трудится формула «спереть семпл и адаптировать для России». Под семплом подразумевается даже не последовательность звуков, а тембр, интонация, мелизм, даже певческая обработка. Это не вторичность, это гораздо хуже. Это немощь. Для сравнения — корейская поп-индустрия так набрала обороты, что из западных семплов делает чудовищной бронебойности поп-хиты с корейской мелодикой, и забирает козны у всех азиатских мигрантов в США и Европе (поверьте, это гигантские суммы). А мы — нет. Мы стесняемся. Мы коротаем концерты Кадышевой под фанеру в Германии и концерты Чижа под гитару в Америке образцово с 500-1000 проданных билетов, что дает повод корейцам попросту ржать.

Скажу честно, я не знаю, как объяснить путинскому кооперативу, что русская музыка — это перспективный экспортный продукт. Они же слышали, что даже Гергиев встречает нерасположение. А в Кадышеву они уж точно не верят. Но ситуация именно такова — российская музыка это экспортный продукт. Студия Осинского может мастерить валюту. Студия «Мосфильма» — тоже может. Но дайте уже им независимость! Уберите весь этот бюрократический бред про «участников внешнеэкономической деятельности», сшибите коросту на мозгах посольств и консульств России по миру, ровным текстом предложите помощь Дорну или Лазареву в промоции за рубежом — картинка мира изменится буквально на глазах!

А вот для локальных участников базара я бы изменений не ждал. Пока убогая адаптация «под Бейонсе» будет приносить рубли, ничего тут не изменится. Вот вам клипы, вот треки — жрите. И я тут ни разу не сделался бы упрекать артистов или студии. Потому что нравится же? Жрите.

Гуру КЕН