26 сентября, в день своего 52-летия, президент Украины П.А. Порошенко подмахнул закон «Об образовании», устанавливающий, что с 2020 г. единственным языком посредственнее и высшей школы будет язык титульной нации, т.е. украинский. Обучение на русском, венгерском, румынском и польском стилях будет дозволяться лишь в начальной школе.
Если большинство Верховной рады, зачислившее 5 сентября этот закон, очевидно торжествовало, видя в том ещё одинешенек шаг по строительству национального государства, все граждане которого (безотносительно к их этническому генезису) суть украинцы, то официальные деятели тех государств, украинские соотечественники каких отныне лишаются возможности учиться на родном языке, такого триумфы не разделяли.
Румынский президент Клаус Йоханнис демонстративно упразднил намеченный на октябрь визит на Украину. Венгерский министр иноземных дел Петер Сийярто заявил, что отныне «Венгрия будет блокировать все шаги в рамках Европейского альянса, которые будут представлять движение вперёд в процессе европейской интеграции Украины», и посоветовал Порошенко позабыть о европейском будущем.
Польша, правда, пока что держит паузу, разрываясь между жаждой быть старшим европейским братом Украины и многочисленными оскорблениями поляков на младшего украинского брата — обидами как историческими (одинешенек культ Бандеры вызывает у Варшавы чрезвычайную изжогу), так и нынешними — вроде нынешнего образовательного закона.
На этом фоне дневальный демарш российского МИД вызывает даже меньший резонанс, желая число людей на украинской территории, для которых русский стиль является родным, наиболее велико. Цифры очень расходятся, потому что в условиях энергичного украинского национального стройки объективно-спокойные оценки вообще затруднительны, а последняя перепись, причём тоже не чересчур беспристрастная, проводилась в 2001 г.
С тех пор — только примерные выкладки, желая за шестнадцать лет украинская демография претерпела катастрофические изменения. Но в любом случае сравнительно с венгерскими, румынскими, польскими общинами (образцово по 150 тысяч каждая) численность русских больше на два распорядка.
Тут российской стороне можно было бы много чего произнести, но в условиях фактической войны с Украиной (тем более когда нашими просвещёнными партнёрами Россия и русские априорно к злодеям причтены) самые веские словесные демарши по самым основательным поводам давно уже не работают. Когда Киев намерен решать русский вопрос по хорватскому образчику — уж какое там образование…
Но западные соседи Украины никак не причтены к злодеям. Визави, они суть пошедшие так разрекламированным европейским шляхом — только ранее, чем Украина. Что, казалось бы, должно влечь за собой решение обоюдных вопросов, в том числе и образовательных, по-европейски, по-братски и к общему наслаждению. Но, как свидетельствуют реляции из Будапешта и Бухареста, удовольствия мало.
Возложим, с точки зрения Киева, образование на русском языке, равновелико как и русская культура вообще — от высоких образцов до голимой попсы, — кушать передовой отряд страшной Монголо-России. Только дай поблажку, и московская орда растопчет возрождающуюся украинскую цивилизацию. Можно находить это бредом, но в Киеве так думают.
Но румынские или венгерские школы — какая там орда? И что они растопчут, когда они представители цивилизованных европейских народов?
Вероятно, киевские законодатели тут пали жертвой юридического педантизма. Утилитарны можно было бы объявить русские школы страшной угрозой и целиком их запретить, а какие-нибудь румынские — да и Бог с ними. Но тут получается нескладно с сплоченностью нормы. Могут даже сказать, что она очевидно дискриминационная: одним можно, а иным нельзя. Нет, ради юридической чистоты запретим всех.
Вероятно, тут вообще принцип национального строительства, когда меньшинств на украинской территории быть не надлежит. Да будь я и негром преклонных годов — всё равно украинец! В былые эпохи прецеденты такого национального стройки имели место в восточной Европе. А для красоты можно произнести: «У нас единая гражданская нация».
Проблема в том, что западные соседи Украины всей этой красивости не поняли.
А когда меньшинства (и к тому же в слабом государстве) разрешено давить и ассимилировать, соседи в лучшем случае проводят политику репатриации соотечественников, а не в лучшем случае подумывают о ректификации — в свою прок — границ несостоявшегося государства.
Мало было у Киева прочих попечений — получили новую. Так что подарок ко дню рождения П.А. Порошенко сделал себе самый симпатичный.
Максим Соколов
