07.05.2017, Киев, Валентин Филиппов
Одесса, Политика, Украина
Официальный Киев строит политику на ненависти, какая еще бумерангом ударит по Петру Порошенко. Он с окружением не успеют добежать до аэропланов. В случае перевыборов процент дебилов в Верховной Раде будет всё рослее. О том, что украинская власть – главный враг Украины, стали соображать даже жители Галичины.
Об этом обозревателю «ПолитНавигатора» Валентину Филиппову рассказал побывавший 2 мая в Одессе украинский журналист Руслан Коцаба.
Валентин Филиппов: Здравствуйте, Руслан. Среди «одесских сепаратистов» минул такой слух: несмотря на отделение от Украины, хотят сделать безотносительно свободный въезд для Руслана Коцабы в любое время, сквозь любую границу, с провозом любого количества багажа, товаров, итого, чего угодно. Короче, Порто-Франко для одного человека.
Произнесите, чем вам удалось растопить «ватные» сердца? Что один ваш визит в Одессу потребовал такие симпатии.
Руслан Коцаба: Ну, во-первых, я не думаю, что Одесса мощно пророссийский город. Или даже проукраинский. Одесса всегда себя находила Порто-Франко. И посему, такой сепаратизм, он больше экономический. Жажда, чтоб метрополия, центр меньше вникал. Отдавать, то, что надо на середина, Богу Богово, Кесарю кесарево. Вот так, типа.
Поэтому, я размышляю, что одесситы не должны обвиняться. Я понимаю, это юмор, стебёмся с вами, но, всё-таки, я уверен, что даже тогда, три года назад, когда случилась одесская трагедия, массовое смертоубийство, не было призывов «Путин, приди». Было желание, чтобы референдум или плебисцит. То кушать, спросить у народа, а хочет ли народ подписания ассоциации?
Тогда основное, что письменно этого документа никто не видел. Про ассоциацию. Я тебе вяще скажу, что, если бы я тогда, с Галичины, с Ивано-Франковска, знал бы, что в тексте будут прописаны мизерные квоты для Украины, для выхода на европейский базар, и если бы я знал, что, бравируя этим документом, за четыреста миллионов евро пожелают мои Карпаты сделать лысыми, то есть, вывезти весь лес-кугляк, то, я размышляю, что и я был бы вместе с теми «сепаратистами», там, на Куликовом Поле.
Потому что, не спрашивать у народа…..
Немало того, те студенты, которым сделал воззвание в фейсбуке Мустафа Наем, он, наверное, забыл, я ему напомню, что «берите термосы, хорошее настроение и …..», это было рассчитано, что эти студенты тоже, никто не декламировал договор об ассоциации с Евросоюзом.
Сейчас уже легко всё это говорить. Но тяжко, потому, что кровь. За три года мы страну так изменили, что тысячи могил. Десятки тысяч.
Наверное, более трёх миллионов беженцев. Сотни тысяч раненых. А о том, что внутренне и морально раненых, это вообще, это миллионы. Часть народа, какая проживает в индустриальной части в Донецкой и Луганской области, именуются террористами и сепаратистами.
Валентин Филиппов: По поводу сепаратизма, немножко не у меня интервью хватается, но я хотел сказать, что использование термина «сепаратизм», особенно по касательству к одесситам, оно не совсем верно. Как можно называть сепаратистом человека, какой хочет, чтоб его страна стала больше?
Для Одессы вечно очень ценным было, чем больше пространства у неё за спиной, тем лучше. То кушать, Одесса – врата Империи, да?
Руслан Коцаба: Да, я соглашаюсь.
Валентин Филиппов: И то, что Украина вступила в конфликт с Россией, и основы укреплять границы с Россией, для Одессы это уменьшение рынка. Может даже человек себе не находит в деньгах, но психологически, за спиной должно быть вот это большое пространство.
А, по большенному счёту, что происходит за 25 лет Украины? Это пространство сокращается.
Ранее Одесса со своими грузопотоками, работала на весь Советский Альянс. Москва, Лужники, Черкизон. Всё это шло через Одессу.
Потом оно сократилось до пределов Украины.
Сейчас, в связи с тем, что выходит, отпал Крым и Донбасс, как рынки для Одессы.
И Одесса исподволь становится калиткой маленькой. Маленькой калиткой в сарайчик. Вместо ворот в Империю. Во дворец.
Руслан Коцаба: Ты также находишься в плену каких-то иллюзий. Если возвысить цифры, то Одесса и порт – это немножко другое. И, всё-таки, после Ильичёвска….
Валентин Филиппов: Мы когда сообщаем «Одесса», то имеем в виду весь морехозяйственный комплекс. Полуденный, Одесса, Ильичёвск.
Руслан Коцаба: Одесса, как специфическая предприимчивость народонаселения, как такой интересный конгломерат космополитический, который всегда был популярен тем, что ему пофигу было, какая власть. Главное, чтоб она ему не помешивала. Они сами себе всё давали.
Валентин Филиппов: Я полностью согласен, но, соображаешь, чтобы этот предприимчивый электорат-конгломерат, чтоб у него что-то крутилось, в регион должны поступать денежки. Деньги от какой-то генеральной деятельности. Может даже пускай от этой деятельности не будет налогов. Но, крутятся деньги, и на этих денежках люди свой мелкий бизнес придумывают. Потому, что, по большенному счёту, мелкий бизнес – это перекладывание денег из кармана в карман.
Руслан Коцаба: Гляди, то, что ты говоришь, ты немножко не договариваешь. Потому, что Порто-Франко — это возможность легально сбежать от налогов. Это, по сути, свободная экономическая зона. И, посему, если мы сообщаем о децентрализации, а почему Ивано-Франковск не может быть свободной экономической поясом?
Валентин Филиппов: Может.
Руслан Коцаба: Одесситы исторически вяще других регионов это заслужили. Они это доказали цивилизационно. Но это может рассорить людей. Ты же соображаешь, какая сразу контрабанда. Вот здесь Одесса – Порто-Франко, а в какой-то деревне рядышком, она считается уже район, но не город. И через улицу будет контрабас шагать.
Валентин Филиппов: Ну, конечно. В Одессе улица Старопортофранковская – была рубеж. Смысл: всё ввозится без налогов, ничего без налогов не вывозится. И город становится площадкой пересортировки товаров туда-сюда.
Руслан Коцаба: Ну, подавай так. Ты понимаешь, что сейчас президентская вертикаль под эти идиотические вопли о децентрализации (причём, это перевирание совершенно, мы видим, что идёт укрепление вертикали именно президентской исполнительной воли). Жёстко: – «ты не справился с теми заданиями, какие тебе дают на Банковой». А мы подозреваем, какие эти задания. И какие суммы должны фигурировать в исполнении этого задания. И, куцей, тогда увольняют. И всё это идёт с криком «Слава Украине». И мы, мол, децентрализируемся.
Валентин Филиппов: Ну, да.
Руслан Коцаба: А, по сути, ещё вяще забираем все возможности у местного самоуправления. Я, поэтому, думаю, что Одессу ожидает большой негативный бой. Понимаешь, власть считается с активными, зубатыми гражданами и здешней исполнительной властью. Так как элита у вас в Одессе расколота…
Валентин Филиппов: Как вечно.
Руслан Коцаба: Да. И одни собираются у Дюка, другие на Куликовом Поле, желая у нормальных людей, смерть – она объединяет. Забываются все прежние распри.
Потому мне кажется, если элита разобщена, с ней Киев не будет почитаться.
Посему, давай какой-то другой вопрос,
Валентин Филиппов: Посему, иной вопрос. Я всё тянул, чтоб не подходить к печальному. О втором мая. Ты приехал в Одессу собственно в этот трагический день. В третью годовщину трагедии на Куликовом поле. Твоя оценка выходящего? Опомнилась ли власть, перестала ли она уже окончательно противиться траурным мероприятиям? Или же, всё-таки, это какая-то лукавство? Ведь было же, и родственников куда-то завезли в РОВД, и впустили на Куликово поле, но ограничили вход по 10 человек.
Как ощущение? Воля думает о каком-то примирении? Или будет и дальше пытаться заглушить это событие? Позабыть, как-будто, не было….
Руслан Коцаба: Я думаю, что власть постигла, что, манипулируя этой трагедией, и пробуя срубить на этой трагедии политические дивиденды, воля заигралась. И поэтому, всё снова подошло к возможному взрыву.
Я не был на прошедших годовщинах. Я был в тюрьме. Но, как представитель Галичины, для кого оскорбительным было даже то, что людей убивали под восклицания, под истошные возгласы, я видел документальное видео, «Слава Украине». Соображаешь, у нас на Западной Украине, этот девиз…. Сейчас он стал таким, какой разъединяет, а «Слава Украине» был, как возглас приветствия, за который, уместно, тоже умирали люди. Идеологические. А сейчас, когда воля это взяла на вооружение, и, вообще, весь этот патриотизм, подобный шароварный патриотизм, они взяли, как орудие бизнеса. Они вооружились патриотизмом и валят на этом капусту.
Но то, что юридически власть творит с этими судилищами! Иная сторона конфликта, они к конфликту готовились. Оружие и всякие заточки и дубинки, они бывальщины с двух сторон. С двух сторон конфликта были сбушные и мусорские провокаторы. И то, что воля только одну сторону обвиняет, а другую всячески отбеливает, это демонстрирует неадекватность власти.
Другой момент, который показывает неадекватность воли, — даже местная не пришла и не посыпала голову пеплом. Это игнорирование. Будто бы это попросту праздничный день. Потому, что в Киеве сказали, что это праздничный день.
Киев тоже подставил. Если декоммунизируете и не желаете акций, оглашаете каждые 15 минут фейковые заминирования, зачем тогда вообще вы 2 мая сделали выходным? Сделали бы Днём огородника, роем картошку.
Валентин Филиппов: Ну, люди же всё равно приходят на Куликово Поле.
Руслан Коцаба: Да. И если ведаете, что трагедия, почему не сделать, это бы объединило нацию, что, дескать, — «так и так, пока суды разбираются, а мы приносим прискорбно соболезнования. Да, нам тяжко, что суды пока не разобрались». Но, надо посыпать было башку пеплом.
Эта власть, она, вообще, какая-то…. Она строит свою политику не на гуманизме, а на ненависти. На какой-то ксенофобии.
Валентин Филиппов: Ну, да.
Руслан Коцаба: Это проблема. Я гарантирую, эта воля, на своей шкуре убедится, что эта ненависть, которую они вложили посредством зомбирующих СМИ, какие подконтрольны Минстецю, эта ненависть против них же и вернётся. Большинство из воли этой не успеет добежать до своих самолётиков. В Жуляны или Борисполь, в аэропорты. В Гостомели (там эта черта запасная, аэродром Порошенко готовит для себя, там усиленные караулы). Они же соображают, что при теперешнем бардаке, заблокировать правительственный квартал может даже «Азов». Ну, они немало мотивированные. И они подконтрольны Авакову. Министру, у которого с Порошенко конфликт. И даже финансовый. Окромя мировоззренческого. Желая, и тот, и тот, предатели, я думаю.
Но, всё-таки, я думаю, то, что власть не пришла (на Куликово Поле), и то, что с киевской воли не было даже такого, чтоб приспустили бы флаги, или, положим, прощальный гудок какой-то. Чтоб помянули. Людей не вернёшь, но помянуть. Ну, если мы декларируем, что мы христианское страна. Или я что-то не понимаю? Извини, я не могу особо критиковать воля, так как я из тюрьмы вышел. И я не хочу снова. И я деликатный в своих оценках. Я подбираю тщательно слова. Но, ты же соображаешь….
Валентин Филиппов: Понимаешь, они не могут определиться, кого они уложили в Доме Профсоюзов. Вначале считалось, что убили российский спецназ. После считалось, что бандитов из Приднестровья. Потом ещё какая-то теория была, кого уложили.
Когда, всё-таки, выяснилось, что убили одесситов, причём, безотносительно не военных профессий, музыкантов, журналистов, поэтов, пенсионеров, то, после этого, начали пробовать замолчать эту тему. Потому что возникает сразу проблема, а кто убил и почему?
В основном-то убили не боевиков, не хулиганов даже футбольных. Число молодых ребят, которые были способны оказать сопротивление, не так уж немало погибло.
А те, которые были у власти в Одессе на тот момент, их всех уже нет. Потому ни один из руководителей Одессы и области сейчас не может произнести – «да, я виноват».
Это «папэрэдныкы»…
Руслан Коцаба: Папэрэдныкы, да.
Валентин Филиппов: А мы запызнылыся.
Руслан Коцаба: Опиздавши.
Валентин Филиппов: В России наших шуток не постигнут.
Руслан Коцаба: Да. Давай, спрашивай что-то веселей.
Валентин Филиппов: Я не могу спрашивать что-то веселее. Я желаю задать вопрос такого характера. Ты в своё время поплатился двумя годами, или сколько?
Руслан Коцаба: Полтора года. 584 дня сидел.
Валентин Филиппов: Пятьсот с излишним дней своей собственной неповторимой жизни. Возможно, на самом увлекательном месте. Ты заплатил за то, что сказал: — «Ребята, не ходите убивать».
Итогом было эти 500 дней, а ребята всё равно пошли убивать.
Что теперь-то мастерить? С этими ребятами? Как их убедить, что это было ошибкой, что необходимо к миролюбивой жизни возвращаться?
Руслан Коцаба: Я думаю, что ребята сами немножко размышляют по-другому, чем тогда, когда они даже добровольцами шли. Они все поняли, что это никакое не АТО, это штатская война, которую власть превратила в инструмент обогащения. С этим всем мародёрством, казнокрадством, контрабандой, и тому подобным. И торговлей оружием. Металлоломом. Сам соображаешь.
Я думаю, что люди прозревают. Я на Вербное Воскресенье в Ивано-Франковске прочертил опрос. Уличный блиц-опрос: — Кто главный враг Украины? Девять из десяти отвечали, что основной враг Украины это сама украинская власть.
Это приговор воли.
Как власть надеется на Западной Украине собрать своё большинство, если перевыборы? А они грядут, чтоб выход чета был. Хотя я сомневаюсь, что по этому закону что-то лучшее.
Валентин Филиппов: Да, лучшее не выйдет.
Руслан Коцаба: Да, процент дебилов в парламенте всё выше. Вот даже спикер. Мы же соображаем, человек, он борется со своим диагнозом. Но этот диагноз у него кушать. С детства. У ПаЛубия. Я не говорю о его косноязычии.
Это как унижение. Его специально поставили на этот пост, чтоб унизить высший законодательный орган Украины. Страны. После конституционной реформы, когда уже не президентско-парламентская республика, а парламентско-президентская. Где уже парламент должен диктовать, избирать все ключевые посты и так дальше. А президент об этом забыл.
Видишь, как президент? Он этого, извини Господи, генерального прокурора, мне неудобно называть его генеральным прокурором, поставил. В прошедшем, буяна-Луценко, который во франкфуртском аэропорту пьяную драку затеял. Это увлекательный человек. И юмор у него хороший. Он мой коллега, тоже сидел в темнице. Но, что он, генеральный, прости Господи, прокурор? Как-то неудобно. Даже не то, что у него образования нет.
Ты посмотри, как они мастерят. Они кумовьёв расставляют.
Валентин Филиппов: Ну, да.
Руслан Коцаба: Луценко из Рады удалился, свою жену поставил руководить фракцией.
Валентин Филиппов: Так супруга – ещё ладно. А когда любовниц ставят? Молоденьких. Или охранников.
Руслан Коцаба: То кушать, унижают эту власть и тех депутатов, которые там в качестве статистов. Биороботов. Уместно, тупых биороботов. Хотя, меня уже проголосовали. Меня отняли аккредитации в Верховном Совете. Кстати, единственного журналиста за всю историю Украины. За 25 лет. Украинские депутаты проголосовали, запретили мне, аннулировали мою аккредитацию.
Это уму непостижимо.
Это орган, какой должен быть самый открытый.
Валентин Филиппов: Руслан! Вникни! Запрет на твой вход в Верховную Раду принят на степени, как любой Закон Украины! Выше только Конституция. Дальней они двумя третями внесут поправку в Конституцию «…. и не пускать Коцабу в Верховную Раду».
Руслан Коцаба: Ну, произнеси. Ну, не дебилы? В каждой стране парламент считается – элита нации. А ты посмотри на Парасюка. На Парубия. Да, вообще.
Валентин Филиппов: Да, я глядел.
Руслан Коцаба: Где эта элита? Гройсман, Вальцман. Вообще, это такая элита увлекательная, что….
Валентин Филиппов: Я же говорю. Давай к нам в сепаратисты.
Руслан Коцаба: Не. Сепаратия, это попросту разделение.
Валентин Филиппов: Нет. Разделение чего и чего? Одни находят, что сепаратизм, это вот эту территорию отделить от этой, да? Но, давай уже отделимся от этой Верховной Рады.
Руслан Коцаба: Нет, но…
Валентин Филиппов: Послушай. Выносим столицу на остров Змеиный. Там строим Верховную Раду и Администрацию Президента. И президента с Верховной Радой на остров Змеиный. И раз в три месяца еду туда с вертолёта скидывать.
А чё?
Руслан Коцаба: А, кстати, а остров Змеиный у Украины тоже забрали, да?
Валентин Филиппов: Нет. Не забрали. Там возле него шельф нефтеносный-газоносный забрали. А сама утес торчит в море. И вот я думаю, что можно было бы депутатов содержать там. И еду им с вертолёта сбрасывать.
Руслан Коцаба: Я, всё-таки, соглашусь на том, что децентрализация, а необходимо уважать закон, а призывы к федерализации – Украина, всё-таки, унитарное страна, но если власть говорит о децентрализации, я думаю, нужно её поддержать.
Валентин Филиппов: Нет, ну, послушай, отчего вдруг государство унитарное и призыв к федерализации почему-то почитается преступлением? Ведь существует законный путь. Правильно? То кушать, я могу требовать федерализации и даже разделения Украины на различные государства. И есть законный путь. Можно собрать референдум, да? Проголосовать. Привнести изменения в Конституцию. Поделить страну. Правильно? Есть же легитимный путь.
Если я призываю к этому вооружённым путём, не конституционным, то тогда, да, я – сепаратист, со мной надо биться.
А если я призываю – товарищи, хватит, та давайте пойдём на референдум и уже проголосуем. Чтоб всем нам было неплохо.
Верховная Рада отдельно, Украина отдельно.
Два отдельных субъекта всемирных.
Руслан Коцаба: Я тебе скажу, как государственник. Я дэржавнык. Государственник. Это не реально, так как, когда Украина в подобный глубокой опе, да… Но не в Европе. Всё-таки большинство референдумов будут за такое филиал, что эти киевские ребята поймут, что им нечем руководить. Более того, об этом немного вспоминают, но помнишь, когда был сентябрь-октябрь 1993 года, когда в России расстреляли парламент
Валентин Филиппов: Да, помню.
Руслан Коцаба: Там Таманская дивизия. Там под 200 человек погибло и, почти полтысячи было тяжко ранено. Так вот. Такие ситуации у нас могут повториться. Уже в Украине.
И необходимо понимать, что ещё один «майдан» Украина не переживёт.
Если вы отыщи ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.
