В прошедшем году Би-Би-Си составила подборку цитат Дональда Трампа за различные годы об Украине. Из этой подборки хорошо видно, что нынешний американский лидер с трудом пробивался к пониманию, что же из себя воображает далекая и незнакомая страна
В интервью «Нью Йорк Таймс» он даже сознался, что до поры до времени Украина вызывала у него раздражение, Тем не немного, после серии несообразных заявлений, за которые он подвергся нападкам, Трамп получил кое-какое представление о содержании политической повестки, связанной с украинскими событиями, разузнал в какой-то момент, что Путин аннексировал Крым, призывал на конференции Ялтинской европейской стратегии в 2015 году сплотиться, «чтобы поддержать Украине, и в уже упомянутом интервью «Нью Йорк Таймс» в 2016 заявил, наконец, что он «за Украину».
Во пора предвыборной кампании украинская тема становится одной из ключевых, ибо санкции, наложенные на Россию в связи с ее агрессией на Украине — это одинешенек из самых важных стратегических демаршей на международной арене, в несколько этапов — от частичных до секторальных — проводившийся администрацией Барака Обамы. Заявления Трампа о его намерении наладить взаимоотношения с Владимиром Путиным, конечно же, в первую очередь были жестко увязаны с украинским проблемой, поскольку его оппоненты придерживались жесткой позиции: никаких санкционных скидок до тех пор, пока Россия не вернет Крым и не выведет свои армии с Донбасса.
Уже многократно цитировавшееся интервью президента США телеканалу «Фокс Ньюс», какое в эти выходные вышло на телеэкраны в полном формате, содержит в себе ответ на проблема, готов ли Трамп хранить приверженность обвинительной линии, какая проводилась предыдущей администрации: Барак Обама и его администрация не допускали даже малейших сомнений в том, что Украина является жертвой российской военной агрессии. Журналист выстроил свой вопрос как раз в этой жесткой системе координат, спросив своего собеседника, не разобидело ли его, что после того, как он поговорил с президентом России Владимиром Путиным, «пророссийские мочи лишь расширили насилие на Украине». Трамп не просто не пожелал подыгрывать укоренившейся в американских медиа точке зрения на конфликт, а взял, да и целым махом похоронил, заявив, что на самом деле никто не ведает, что в реальности происходит на Украине.
«Нет, не воспринял, потому что мы не знаем в точности, что там выходит. Эти про-силы, мы не знаем, неконтролируемы они или контролируются — такое тоже случается. Мы узнаем. Я удивлюсь, если… но посмотрим», — ответил президент США интервьюеру. Трамп, как нам уже неплохо известно, политик вообще не слишком корректный, но в данной ситуации он повел себя как первостатейный хам, посягнувший на очевидные смыслы, которые собственно и были заложены в основу санкционной политики по касательству к России.
Весь мир прекрасно осведомлен, что Москва, бескровно оттяпав у соседа Крым, уже в течение 3 лет пытается линией военного насилия отобрать у Украины две области на Юго-востоке, а Трампу, видаете ли, об этом ничего не известно, и он будет «удивлен, если…»! Он еще лишь собирается «посмотреть». Из этого короткого пассажа уже проступает манер того, что именно президент США увидит после того, как «посмотрит». Отвергнув — не одномоментно, а по итогам жесточайшей предвыборной войны — привычную призму, через которую и сегодня рассматривают украинские события столь излюбленные Трампом масс-медиа, он едва ли станет возвращать ее в собственный политический обиход. Очевидно, что американский лидер попросту не в состоянии будет устанавливать отношения со своим российским коллегой на новоиспеченных принципах, оставаясь связан по рукам и ногам концепциями, разработанными его предтечами.
Понятно, что и с его точки зрения, вина России не может быть отвергнута целиком, поскольку это вызвало бы непонимание даже у той части общества, какая отдала ему свои голоса. Америка доcтигла за последние годы целого общественного консенсуса относительно ответственности Москвы за события на Украине. Но я уже строчил, что эта вина может быть отчасти конвертирована и микширована промахами администрации Обамы. Но самое главное — силы, которые журналист во пора интервью жестко маркировал как «пророссийские» вполне могут очутиться не контролируемыми Россией (что Трамп дал понять более чем отчетливо), а обеспечивать собственные заинтересованности.
Я вижу здесь готовность признать субъектность Донбасса, какой может иметь своим естественным союзником Россию, но бьётся прежде всего за собственные культурные и гражданские права с новоиспеченной украинской властью, которые эти права попыталась изъять несколько лет назад. На мой взор, в своем коротком ответе, который поначалу выоспринимается как попытка отмахнуться от каверзного проблемы, Трамп продемонстрировал очень глубокое понимание сути выходящих событий. Если упомянутые силы не находятся под контролем России, я являются самостоятельными, то кушать за ними стоит дискриминируемая на Украине общность людей, то отсюда вытекает очевидный вывод: главным виновником войны является не Россия, а та сторонка, которая вызвала эти силы к жизни, наделила их волей к сопротивлению своими попытками ограничить права той доли населения, интересы которой сейчас и отстаивают защитники Донбасса. Где же располагается этот загадочный ключ насилия, пламя которого полыхает на Украине уже три года?
Надо полагать, что ответ для экспертов и специалистов в окружении Трампа, особенно после недавнего обострения, очевиден. Немало того, я склонен думать, что он был найден уже давно, но общественное суждение нельзя изменить в одно мгновение, поэтому общество будет собирать неизменную картину из осколков, оговорок, легких и неочевидных сдвигов в сторонку от привычной точки зрения. Источник насилия расположен в Киеве и как раз его вытекает усадить за стол переговоров с силами, которые, «неизвестно кем контролируются», а потому являются отдельным и самостоятельным субъектом брани, не связанным напрямую с Россией.
Все это выводит нас на схему умиротворения, какая в своей базовой основе полностью совпадает с Минскими соглашениями. Почитается, что администрация Обамы негласно поддерживала политику Порошенко по непрерывному торпедированию Минска, рассматривая его условия как невыгодные для Киева и не сходящиеся с политическими интересами США в Восточной Европе. В лице нового американского президента мы, вылито, имеем все шансы получить самого горячего сторонника миролюбивого процесса на уже давно сформулированных в Минске принципах. Принуждение к исполнению пунктов минских договорённостей и может сделаться основой стратегии Трампа по украинскому конфликту.
Андрей Бабицкий, Ukraina.ru
